Сподачак для цмока

Сподачак для цмока

Ясмінска, Н. Сподачак для цмока / іл. Святланы Міхалап. — Мінск : Кнігазбор, 2020. — 40 с.

В небольшой повести для дошкольников Надзея Ясмiнска предлагает свой взгляд на тему детских страхов. Уж сколько раз на страницах книг появлялись подкроватные монстры! Всё им мало. Где-то уже должна быть написана дисcертация по литературным методам борьбы с порождениями самого щедрого на ужасы уголка детской комнаты. Особенно много такого рода книг стало появляться после того, как детский книжный рынок открыл для себя благодатные угодья развития эмоциональной устойчивости. Если вы думаете, что это только в русскоязычной традиции книга должна учить, то вы удивитесь, насколько велика доля переводных книг среди «обучающих чувствам». На беларусском языке их вообще единицы и встраивать в контекст новую книгу сложно.

Однако она выглядит вполне на своем месте в контексте европейском — среди книг, которые сформировали определенную колею для сюжетов о чудовищах, не дающих детям спать ночами. В таких историях  ребенок обычно самостоятельно, без помощи взрослых, справляется со страхом, находит способ посмотреть монстрику в глаза, чаще всего подружиться с ним, переоценить свою тревожность и сделать важный шажок в сторону взросления, эмоционального — так точно. Всё это есть в сказке про цмока. 

Мальчик Юзiк приходится противостоять монстрику самостоятельно, потому что родители не придают значения «фантазиям» сына. Игнорировать чудище Юзiк не может, а бороться нет сил. Остаются переговоры. Роль белого флага отводится молоку налитому в блюдце. Приманка срабатывает и осмелевший обитатель подкроватья выползает знакомиться. В нем мальчик безошибочно узнает цмока. Но правильнее, как тот сам поправляет, цмоказаўра. Не все, оказывается, вымерли: кое-кто догадался спрятаться в тумбочку. Дружба, начавшаяся с молока и печенья, обязана крепнуть день ото дня. Так и происходит. При этом в тексте с помощью лирических недосказанностей удается сохранить тайну: воспринимает ли герой своего домашнего монстра как реального или все же как воображаемого друга. То, что Юзiк говорит о цмоке, можно трактовать и так, и так. Поэтому, когда в финальном монологе мальчик рассуждает о возможном расставании с приятелем в будущем, между строк проглядывает рефлексия понимающего, что он взрослеет ребенка. 

Стоит отметить, что при всей привлекательности дружелюбного цмока, подкрепленной удачными образами иллюстратора Святланы Мiхалап, мальчик в книге выглядит наиболее интересным персонажем. Главный герой совершенно без натуги и надуманности, которыми, бывает, грешат детские тексты, когда авторы не попадают в выбранную тональность, оказывается умным ребенком, сообразительным собеседником и изобретательным экспериментатором. Таких героев хочется видеть еще и еще в беларусских книгах для дошкольников.